Финские солдаты на фоне озера Киантаярви, 1.01.1940
... Примерно в 20 километрах от Суомуссалми финские машины встретили колонну красноармейцев длинной до километра и сблизившись на минимальную дистанцию в течение 20 минут уничтожили её. На льду осталось около 400 трупов! В ответ противник смог лишь ранить одного из бойцов Куистио и побить одну из машин. На обратном пути Куистио встретил и уничтожил еще несколько мелких групп красноармейцев.В ночь на 30 декабря 1939-го года блокированные на рокаде в 10-13 километрах северо-западнее Суомуссалми подразделения из состава 163-й стрелковой дивизии и 47-го стрелкового корпуса двумя колонами пошли на прорыв, на восток в направлении озера Киантаярви.
Благодаря темноте обеим колоннам удалось практически безболезненно прорваться через редкие финские заслоны к востоку от рокады. Решение на прорыв, надо отметить, было принято очень своевременно: в 2 часа ночи 30 декабря в район окружения пошли еще два финских батальона, блокировавшие район окружения с востока. Промедли советские командиры еще два-три часа, и прорыв, скорее всего не состоялся бы вообще.
С утра 30 декабря финны начали зачистку района окружения, преодолевая сопротивление немногих не успевших или не сумевших уйти бойцов и командиров. К полудню район окружения был полностью зачищен, финны обнаружили до 300 трупов, захватили около полусотни машин, восемь орудий, до сотни лошадей и «большое число пленных». Однако командование финской 9-й пехотной дивизии решило не оставлять в покое и тех, кому удалось вырваться из кольца.
В 2 часа ночи 30 декабря капитан Х.Куистио из штаба 9-й дивизии получил приказ организовать из имевшегося в резерве дивизии III батальона 64-го пехотного полка отряд на машинах, для преследования отступающих по льду Киантаярви. В состав отряда вошло пять грузовиков с противотанковой пушкой, зенитным и четырьмя станковыми пулеметами, а также пехотинцы с ручными пулеметами и пистолетами-пулеметами. Отряд выехал в 8 утра, но за ночь озеро сильно замело снегом, в котором три грузовика застряли.
Пришлось бросить «противотанковый грузовик» с противотаковой пушкой и автоматическим противотанковым ружьем, «пулеметный грузовик» с двумя станковыми пулеметами и одним пистолетом-пулеметом, а также грузовик с группой пехотинцев с ручным автоматическим оружием.
Однако Куистио это не смутило, и он продолжил путь на двух грузовиках. Один из них был вооружен спаренной зенитно-пулеметной установкой и парой пистолетов-пулеметов, а второй – парой станковых и парой ручных пулеметов.
(Спаренная зенитно-пулеметная установка 7,62 ItKk/31 VKT на тумбе могла вполне устанавливаться в кузов грузовика)
В 13 часов отряд вернулся назад, причем один из грузовиков тащил подбитый второй на буксире, а из кузова достали тяжело раненного пехотинца. Однако рассказ Куистио немедленно превратил это в несущественные мелочи. По его словам, примерно в 20 километрах от Суомуссалми финские машины встретили колонну красноармейцев длинной до километра и сблизившись на минимальную дистанцию в течение 20 минут уничтожили её. На льду осталось около 400 трупов! В ответ противник смог лишь ранить одного из бойцов Куистио и побить одну из машин. На обратном пути Куистио встретил и уничтожил еще несколько мелких групп красноармейцев.
Уже в 13.40 былинный подвиг Куистио сотоварищи был зафиксирован в Журнале боевых действий 9-й ПД, а затем растиражирован в многочисленных финских статьях и книгах о сражении под Суомуссалми, став своеобразным символом сокрушительной победы «малой кровью» ловкого и хитрого финна-охотника над огромным, но безвольным и неуклюжим противником.
Сам былинный богатырь в своем рапорте так описал свои похождения:
«Ехали очень медленно, приходилось часто использовать вторую и первую передачи. На озере Кианта между Катикка и Хорсманниеми отступающая колонна пехоты диной до километра, двигавшаяся по обеим сторонам в довольно разряженном построении, была уничтожена. Около ста человек из колонны смогли отступить на берег к мысу Хорсманниеми, поскольку неисправности грузовиков помешали нам продолжить движение к берегу (на одном грузовике был прострелян радиатор, а на другом двигатель постоянно глох от перегрева). Около 400 русских осталось на льду убитыми или раненными. На обратном пути, когда один грузовик тащили на буксире, уничтожались внезапно появлявшиеся на льду русские патрули и, наконец, группа русских примерно в 20 человек к западу от мыса Сопаланниеми».
(Схема озера Киантаярви с указанием мест основных событий подвига)
Читаешь это и услужливое воображение рисует страшные картины: лед, залитый кровью, мечущиеся люди, падающие под безжалостными очередями финских пулеметов, финские грузовики, словно всадники апокалипсиса, мчащиеся среди разбегающихся людей и сеющие вокруг себя смерть… бр-р-р-р.
Но вместе с воображением включается и логика. Позвольте, вы заключенных в концлагере расстреливали или вооруженных людей? Да еще и в разряженных порядках? Как за 20 минут можно практически безнаказанно расстрелять четыре сотни человек с оружием, которые не вчера на фронт прибыли, а уже месяц находятся на передовой? Ведь и финны не из леса людей косили, а тоже по открытому льду дефилировали, да еще и на сильно поврежденных машинах! Неужели в полутысячной толпе фронтовиков не нашлось трех-четырех десятков бойцов, способных разрядить в финские грузовики свои винтовки? Что за чудо такое? Неужели это только мне кажется странным? Неужели никого из финских военных, а потом и историков это обстоятельство не смутило?
К счастью, и с советской стороны остались свидетели эпохального рейда капитана Куистио, буквально чудом пережившие массовое побоище на льду Киантаярви. Вот к примеру, рассказывает лейтенант Яков Захарович Рабинович, командир танкового взвода 177-го ОРБ 163-й дивизии. Яков Захарович до последнего момента на своем Т-37 отбивал атаки финнов и оставил свою боевую машину только тогда, когда близким разрывом с танка сорвало гусеницу и ранило мехвода Маденова. Лейтенант со своим раненным мехводом присоединились к отряду командира 177-го ОРБ капитана Саакяна численностью 70 человек, отколовшемуся от остальных в ночь на 30-е. Отряд блуждал по лесу более недели и только 7 января вышел на заставу в районе Важенвары. Пришло с Саакяном 68 человек, остальные двое погибли 30 декабря.
Впрочем, слово лейтенанту Рабиновичу:
«30 декабря произошла стычка с противником у озера Киантаярви, которое мы хотели перейти. Попытка наша не удалась. Посреди озера мы увидели – двигались машины, наполненные финнами. Кроме того, были финские верховые и наша бронемашина, которая не знаю, как к ним попала. Они обстреляли нас. Мы ушли в лес с тем, чтобы перейти озеро в другом месте. Так и сделали через сутки. Двоих наших во время обстрела убили».
И где же уничтоженные патрули и сотни трупов на льду? Ладно, допустим, это был мелкий эпизод, о котором Куистио даже упоминать не стал. Подумаешь, какие-то два трупа…А вот еще один очевидец кровавой расправы. Младший лейтенант Сергей Николаевич Крюков, командир пулеметной роты 3-го батальона 662-го стрелкового полка 163-й дивизии. Рота под командованием Крюкова отходила в оной из двух основных колонн и по идее должна была быть среди тех, кто в «кровавую мясорубку», устроенную двумя финским грузовиками на льду Киантаярви. И точно, есть грузовики!
«30-го утром вышли к какому-то озеру, пустили посередине разведку. Тут позади увидели еще одну колонну наших, которая оторвалась ночью при отходе. Эту колонну стали обстреливать из пулеметов две машины противника. Они были похожи на танки, она на Т-26, другая на амфибию. Обе выкрашены в белый цвет, амфибия – чуть сероватый. На белом фоне виднелись черные знаки. Они убили в колонне человек 10. Колонной этой руководили, как мы узнали позже, какой-то лейтенант сапер и батальонный комиссар Данилюк [в его группе было около 100 человек - S._76]. Машины противника стали их обстреливать с расстояния метров 50, но когда мы открыли пулеметный огонь по радиаторам, они откатились метров на 300, а потом ушли совсем. На этом месте наша колонна соединилась с колонной Данилюка».
Сказанного, полагаю, вполне достаточно, чтобы поставить жирный крест на байке, сочиненной капитаном Куистио. Поскольку вторая основная колонна о встрече со всадниками апокалипсиса имени Х. Куистио вообще не вспоминает, можно смело предположить, что колонна из 500 человек, героически разгромленная финским капитаном, это и была сотня бойцов Данилюка и разведка роты Крюкова. Возжелавший легкой добычи до зубов вооруженный финский отряд сблизился с колонной красноармейцев, чтобы расстрелять их почти в упор, но в этот момент сам попал под огонь пулеметчиков Крюкова и быстро ретировался, на обратном пути успев обстрелять отряд капитана Саакяна.
Почему мы должны верить Крюкову и Рабиновичу, а не Куистио? – спросите вы. Да потому что его байка не укладывается никуда: ни в здравый смысл, ни в статистику о потерях советской стороны. Всего в окружение северо-западнее Суомуссалми оказалось примерно 1200-1300 человек, из которых к 7 января вышло 627. Получается, что храбрый капитан Куистио истребил народу больше, чем погибло в ожесточенных боях с финнами в течение 26-30 декабря (напомним, что, по словам командира 9-й ПД полковника Сииласвуо, в районе боев только трупов было обнаружено до 300, не говоря уже о пленных и пропавших без вести).
Зачем финский капитан сочинил такую глупую историю? Ведь по сути его действия и так достойны всяческой похвалы. Группа потеряла на выходе больше половины своего состава, но капитан все равно продолжил выполнение задачи, нагнал отступающую советскую колонну, атаковал её, несмотря на численное превосходство противника, и отступил только попав под пулеметный огонь из леса. Молодец? Однозначно молодец. Ну сказал бы что уничтожил, ну там, до 50 человек ценой одного раненного и поврежденной машины. Но нет, вместо этого он сочинил себе былинный подвиг и теперь выглядит откровенно глупо.