НАЗВАНИЕ: Силы Ночи
ФЭНДОМ: JKMM, Фантазия Рип и НКВД
АВТОР:  Рип ван Винкль
БЕТА: нет
РЕЙТИНГ: PG-13
ПЕРСОНАЖИ: fem!Fw-189 «Сова», fem!У-2 ВС
ЖАНР: экшн, мистика
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: АУ, ООС
УСЛОВИЯ РАСПРОСТРАНЕНИЯ: Только с моего и  N.K.V.D. разрешения
ДИСКЛЕЙМЕР: Все права на персонажей принадлежат их создателям
ОБОСНУЙ № 1: Командование Люфтваффе так и не нашло эффективного способа уничтожения легкомоторных У-2 (По-2) Тяжелые ночные истребители Ju.88С и Bf.110G оказались против них малоэффективны, поскольку обладали значительно большей скоростью и худшей маневренностью. Поэтому несколько FW.189А-1 оснастили радиолокатором FuG 212 Лихтенштайн С-1 и крупнокалиберным пулеметом MG 151/15
ОБОСНУЙ №2: Назначением У-2 были бомбардировочные операции на малой высоте, преимущественно ночью с целью не давать покоя противнику, лишать его сна и отдыха, изнурять, уничтожать его авиацию на аэродромах, склады горючего, боеприпасов и продовольствия, мешать действиям транспорта, штабов, оперативных пунктов и т.п.


– У меня это уже в печенках сидит, – командир штаба 4-й дальнеразведывательной группы Курт Магнус раздраженно хлопнул ладонью по стопке карт, в беспорядке сложенных на столе. – Командование мне скоро плешь в голове проест. А все потому, что Жирдяю, видите ли, не нравится, что продвижение наземных частей задерживается благодаря постоянным – и успешным! – действиям русских бомбардировщиков. Проклятые «фанеры»!
Офицер замолчал, вперив в стоявшего у стола подчиненного мрачный взгляд.
– Вы правы, герр майор, – согласно кивнул гауптманн Штайнц. Он не совсем понимал какой именно реакции ждет от него начальство, поэтому благоразумно занял нейтральную позицию.
– Видите ли, тяжелые истребители не могут справиться с У-2 из-за высокой скорости и недостаточной маневренности, – не дождавшись от подчиненного внятного ответа, продолжил майор. – И что же делает Геринг? Вместо того чтобы формировать подразделения легких истребителей-перехватчиков он поручает мне разобраться с проклятыми «фанерами»! Мне, представляете? А я поручаю вам.
– Мне? – опешил Штайнц. – Почему мне?
– Кто же, как не прославленный «Танненберг» может справиться с советскими «ночными ведьмами»? – деланно изумился Магнус. – И кто, как не третья эскадрилья этой прославленной группы? Ведь это у вас, по слухам, служит… э-э-э, живой самолет?
Густав Штайнц украдкой вздохнул. Гауптманн уже в который раз проклял тот день, когда в его эскадрилью прислали «опытный образец» самолета-разведчика. Каково же было его удивление, когда на взлетную полосу приземлился пассажирский «шторьх» из которого выбралась невысокая девушка с дурацкими косичками, сопровождаемая угрюмыми типами из «Аненербе»…
– Но мы разведчики, а не истребители! – предпринял он последнюю попытку. – Как я…
– Не знаю, Густав, – вздохнул майор. – Но правда в том, что ни один нынешний перехватчик не в состоянии поймать «фанеру». Поэтому вам придется найти решение, гауптманн. Да пребудет с вами благословление Германии.
Штайнцу только и осталось, что обреченно кивнуть.

ПРОДОЛЖЕНИЕ

* * *

Fw-189 задумчиво крутила в пальцах карандаш, краем глаза наблюдая, как командир штаффеля нервно прохаживается по кабинету. Три шага в одну сторону, разворот, затем пристальный взгляд на сидящую в кресле девушку, и три шага в другую сторону.

Сова тихонько посмеивалась про себя, глядя, как с каждой минутой ее молчания тоска на лице гауптманна становится все отчетливей. Однако, смех смехом, а задачку командование на сей раз подкинуло действительно сложную. Истребитель-перехватчик! Ночной!
– Что скажешь, Эльза? – не выдержал Штайнц.
– Скажу, что это бред, – поморщилась разведчица. Она была лучшей в эскадрилье, и, пожалуй, лучшей во всем «Танненберге» и могла позволить себе небольшие вольности. Например, забираться с ногами в специально стоящее для гостей кресло в кабинете командира или комментировать приказы высшего командования. Изредка.
– Это я и сам знаю, – поморщился гауптманн. – Мне нужны твои идеи, а не мнение по этому поводу!
Карандаш сделал еще несколько оборотов. Взгляд Совы переместился на потрепанную фотокарточку, на которой была запечатлена невысокая темно-русая девушка с двумя пышными косами и хищным прищуром зеленовато-серых глаз. Голову девушки украшал венок из полевых цветов.
– Значит, У-2… – медленно проговорила Курт, и глаза Фокке-Вульфа коротко блеснули. – Невидимая, неслышимая, неуловимая Ночная Ведьма. Проклятая нечисть, что тревожит сон наших доблестных солдат… Чем не цель для Совы?
– У тебя есть план? – с надеждой поинтересовался Штайнц.
И вздрогнул, когда карандаш с треском переломился в пальцах разведчицы.
– Есть план, – Fw-189 неотрывно смотрела на фото. – Мне нужно три дня. Чтобы успеть слетать в Киев.
– В Киев? Зачем?
– Там богатая библиотека. Надеюсь, нужная мне литература уцелела.
Гауптманн не стал больше расспрашивать, он уже заметил, как посветлели серые глаза Рамы, а губы сложились в легкую улыбку. Сова начала охоту.
Из древнего города Фокке-Вульф вернулась на следующий день с объемистым свертком подмышкой. Заперлась у себя на квартире и не выходила до тех пор, пока не пришло время вылета. Все это время из-за плотно задвинутых штор доносились странные звуки, шорохи и нечто отдаленно похожее на голоса, а ночью окна озарялись странными вспышками. Летчики и техперсонал недоумевали и строили предположения одно другого краше. Наконец, на закате третьего дня двери дома открылись, и на улицу вышла Сова. Сова, которую было не узнать.
Привычный серый китель Люфтваффе сменился на камуфляжную форму парашютистов, длинные волнистые волосы были распущены и перехвачены на лбу кожаным ремешком. Лоб, скулы и щеки Рамы покрывала россыпь рун, нанесенная синей и черной тушью. На боку висела патронная сумка, в которой что-то позвякивало.
Девушка остановилась на ВПП, наклонила голову набок, любуясь почти севшим солнцем. Позади нее уже собрался весь свободный персонал аэродрома. Механики и пилоты шушукались, искоса поглядывая на техноморфа.
– Эльза? – в недоумении окликнул разведчицу командир штаффеля.
Пламенеющий круг скрылся за горизонтом, оставив после себя расплесканный по небесам багрянец. Курт отвела взгляд, достала из сумки маленькую бутылочку, наподобие тех, в которых хранят йод или глазные капли, откупорила и одним глотком выпила содержимое. Мгновение спустя страшная судорога скрутила ее, заставила упасть на землю. Гауптманн и еще два летчика бросились на помощь, но были остановлены властным жестом.
– Сова?
Фокке-Вульф поднялась с земли. Поднялась легко, неуловимым текучим движением, словно огонь, взвившийся из загоревшейся вязанки хвороста. Обернулась, и офицеры невольно попятились. Глаза Эльзы были янтарно-желтыми, словно у настоящей совы. На ярком фоне двумя росчерками темнели вертикальные щелки зрачков.
– Что… что это такое? – запинаясь, произнес Штайнц.
– Все очень просто, герр гауптманн, – улыбка Рамы напоминала оскал хищника, – чтобы победить одну нечисть, нужно призвать на помощь другую.
Легкий, стремительный прыжок, и вот уже загудели двигатели «Аргус», унося немецкую разведчицу на смертельное рандеву.
Самолет летел быстро, соревнуясь с опускающейся на землю ночью. Мелькали внизу поля и перелески, тоненькими нитками вились проселочные дороги, короткими стежками мелькали дымки, поднимающиеся из печных труб.
Подходящее место обнаружилось когда темнота окончательно окутала землю, а на небе взошла почти полная луна. Ровная широкая поляна, с обеих сторон окруженная деревьями. Сова приземлилась в невысокую мягкую траву и осмотрелась. На восточном краю поляны деревья стояли гуще, превращаясь в некое подобие леса, на западном, наоборот, расступались, открывая спуск к маленькому озерцу. Определенно удачное место. Таким образом, почти все основные стихии в сборе: вода, воздух, земля и лес. Не хватало только огня. Но это лишь вопрос времени.
Девушка полной грудью вдохнула ночной воздух и замерла, глядя на небо, усеянное бледными звездами. Она знала, что ждать осталось недолго, потому что еще с самого момента посадки ощутила чей-то напряженный и внимательный взгляд. И совсем не удивилась, услышав звонкий задорный голосок:
– Привет, подруга, меня ждешь?
Эльза медленно опустила голову, взглянула на выступившую из-под сени деревьев У-2.

Русская выдержала ее взгляд не моргнув глазом. Отчасти потому, что и сама выглядела не менее экстравагантно: летную гимнастерку украшали приколотые булавками полевые цветы. Бессмертник, чертополох, мать-и-мачеха, мак полевой… Травы обладающие природными магическими свойствами.
– Ты, я гляжу, неплохо подготовилась, Совушка, – усмехнувшись, продолжила Ночная Ведьма. – Хорошо подобрала руны. Хвалю.
– Ты знаешь меня? – хрипло спросила Фоке-Вульф.
– Кто же не знает проклятую «раму»? В лазаретах только и разговоров, что о тебе и твоих неодушевленных товарках, – ухмылка сменилась гримасой отвращения и гнева. – И вот ты здесь. Разукрашенная защитными рунами, словно врата Асгарда. Думаешь, сможешь меня победить? Меня? Думаешь, прочитав несколько оккультных книжонок института Аненербе, ты сравнялась со мной, которая плоть от плоти и дух от духа славянской земли?
Последние слова она уже выкрикивала, раскинув руки в стороны, словно призывая кого-то себе на помощь. И лес за ее спиной откликнулся. Заскрипели и заходили ходуном ветки, грозно зашелестели листья, задрожала земля. И многоголосый шепот из глубин чащи повторил за Аленой слова наговора.
Но и Эльза не теряла времени даром. Плеснуло на землю содержимое одной и бутылочек, хранившихся в сумке. Красная как кровь жидкость впиталась в землю. Гулкой медью зазвучала древнегерманская речь, и поднявшийся ветер гнал ее звуки вперед, навстречу вражьей чаще. Грянул гром. Тяжелые тучи катились с запада, плывя по небу, словно огромный дракон. Примчавшийся следом ветер, принес с собой запахи моря, скрип уключин, звон стали и отголоски боевых песен. Но из восточного леса прилетел другой, наполненный запахами полевых цветов, протяжным девичьим пением и жаром степного солнца. Два ветра, два урагана столкнулись в центре поляны, сцепились друг с другом, завиваясь в маленькие смерчи.
Восточный ветер сорвал с земли траву, подбросил вверх, швырнул в замершую Сову, и нежные травинки сверкнули в лунном свете булатными клинками. Но прянувшая с небес молния сожгла смертоносную тучу. В следующий миг за спиной Эльзы поднялось в небо огромное облако пыли, сложилось в гротескное подобие громадного кулака и рухнуло на попятившуюся от неожиданности У-2. Ночную Ведьму спас лес, прикрыв девушку непомерно удлинившимися ветвями. А западный ветер уже срывал с озерца его водяные одежды и, превращая их в снежные хлопья, гнал вперед, покрывая инеем поляну.
– Главная отличительная черта разведчика – умение максимально быстро усваивать информацию! – перекрывая вой ветра, крикнула Fw-189. – Мы учимся быстрее, потому что только так мы можем выжить! Запомни это, безмозглый бомбардировщик!
Эльза расхохоталась. От урагана покорной ей мощи захватывало дух, на сложнейшие заклинания, которые согласно книгам требовали долгие дни подготовки, уходило всего несколько мгновений, земля дрожала и ходила ходуном от столкнувшихся на ней сил. Словно не две девушки, пусть и необычные, соревновались здесь в колдовстве, но сами древние боги схватились друг с другом, вырвавшись из-под гнета христианского Бога, и теперь старательно мстили за прошлые обиды.
Метель уже бушевала вовсю, ураган трепал волосы Совы, но она не чувствовала пронизывающего холода. Запрокинув голову к небу, разведчица запела, кружась на месте, сливаясь воедино с беснующимися тучами, ревущим ветром и колючими снежинками.
«Зачем мне эта война, дурацкая служба, глупые правила? – кричала душа. – Вот она, реальная сила, вот где истинная мощь! Почему не бросить все и не сбежать куда-нибудь на край света, где меня никто не найдет? Ведь эта Сила со мной! И всегда будет со мной! Один раз нашла, смогу обрести вновь!»
Однако холодный разум не соглашался, понимая, что и сама Эльза, и ее противница сейчас лишь игрушки в руках могущественных существ, которым просто понадобились посредники, способные воплотить их мощь в этом тварном мире. Не они нашли Силу, а Сила нашла их. И, конечно, не собиралась отпускать просто так.
Но ледяная песня вьюги завораживающей симфонией гремела в ушах, заглушая голос разума…
Из гибельного транса ее выдернул протяжный рев. Открыв глаза, Рама увидела, что между ней и Аленой стоит огромный бурый медведь. Животное замерло, повернувшись боком, закрывая У-2 от леденящих порывов западного ветра. Мех на левом боку покрылся инеем, возле лап уже намело приличных размеров сугроб, но медведь не двигался с места. Только время от времени издавал хриплый яростный рев.
Эльза никогда не была излишне кровожадной. Она умела убивать и умела делать это хорошо, но только тогда, когда это было нужно. Убийство, учили в разведке, должно служить цели, а не приносить удовольствие. Теперь же она не на шутку рассвирепела.
«Жалкая скотина! Думаешь, сможешь защитить свою хозяйку? Получай!»
Снежная буря взвыла, словно голодная баньши, набросилась на косолапого, замораживая холодом, осыпая градом острых льдинок, стремясь вгрызться в плоть. Зверь закричал, отчаянно, протяжно, и теперь его голос был наполнен болью. Но все же он не отступил ни на шаг, упорно вцепившись в мерзлую землю всеми четырьмя лапами и лишь изредка с ненавистью поглядывал на немку.
К голосу бури примешался еще один. Укрывшаяся за мохнатой стеной Алена пела вроде бы совсем тихо, но звуки ее пения были отчетливо слышны. И услышала их не только Фокке-Вульф.
Лесу за спиной У-2 больше всего досталось в драке двух ведьм. Он принял на себя удар пылевого молота, покорно терпел бушующий вокруг него ветер и холод… И умер. Листва осыпалась с ветвей, убитая неожиданными заморозками, потрескавшаяся земля пропустила холод и к корням, а силы, которые были нужны на поддержание жизни, своего рода «неприкосновенный запас», забрала Алена. Он отдал все силы и погиб. В жестокой и бессмысленной борьбе одушевленных человеческих орудий убийства. Но даже после смерти ему не дали покоя.
Дрожь пробежала по иссохшим и покрытым инеем стволам. Вновь зашевелились мертвые ветви, а корни внезапно полезли наружу, вонзаясь в землю, подтягивая стволы за собой. Деревья шли вперед. Хоть они и умерли, злобы это им не убавило. И пока звучала песня, они подчинялись исходящему из нее зову.
Сова отпрянула назад. Лес надвигался медленно, но неотвратимо, казалось ему нипочем неистовый ледяной ветер. С протяжным стоном распластался на земле бедняга-медведь. Сердце могучего Хозяина Леса не выдержало схватки с колдовской стужей, но призвавшей его уже не требовалась защита. Она сама перешла в наступление.
Бежать было некуда, что делать, как отвадить или уничтожить приближающуюся напасть Fw-189 не знала. Один за одним летели вперед стеклянные пузырьки с эликсирами, но ни огонь, ни молнии, ни чудища ничего не могли сделать с надвигающейся стеной леса. Деревья уже были мертвы, и умирать второй раз не желали. До бледной как смерть Эльзы им оставалось всего два десятка шагов.
В отчаянии она закричала. Громко и пронзительно. Вкладывая в крик всю свою нерастраченную ярость, всю жажду жизни, Сова звала на помощь. Богов, демонов, плевать кого. Любого, кто способен помочь. Крик вонзился в небо и рухнул на истерзанную землю. А потом пришла помощь.
Деревья остановились, словно в недоумении заскрипели ветвями. Ветер утих, будто его и не было. Гнетущая, зловещая тишина пала на безымянную поляну, затерявшуюся где-то на просторах Украины, лишь снег все еще продолжал сыпать из затянувших небо туч. Гулкий протяжный звон донесся с запада, заполнил собой безмолвие. Звук был смутно знаком обеим девушкам. Алена первой узнала его.
– Только не это… – прохрипела У-2. – Нельзя… Их – нельзя…
Лошадиные копыта грохотали по льду замерзшего озера, звенела сбруя, трепетали попоны, копейные флажки и плащи всадников. В полном молчании они неслись, рассекая снежную завесу, словно призраки. Мелко позвякивали рваные кольчуги, тускло сверкали в лунном свете ржавые жала копий и клинки мечей, а из лицевых прорезей шлемов алчным огнем горели десятки глаз. Дикая Охота спешила к месту схватки.
Все произошло так стремительно, что Рама в отличие от Ночной Ведьмы не успела даже толком испугаться. Предводитель призрачных всадников вскинул руку с мечом, указывая на ожившие деревья, наклонились копья, поднялись для удара мечи и топоры, кое-кто из воинов уже лихо раскручивал арканы. Издав дикий непохожий ни на что воинственный клич, Дикая Охота набросилась на деревянного врага. И враг дрогнул.
Копья опрокидывали деревья наземь, мечи и топоры с лету сносили самые толстые ветки, копыта лошадей с хрустом ломали трухлявую кору. Лес отпрянул, попытался отступить, даже мертвый он знал, что такое страх и боль, но всадники были быстрее. И не знали пощады.
Все закончилось также быстро, как и началось. Ожившую чащу покрошили в труху, но У-2 успела посыпать вокруг себя каким-то порошком и теперь несколько всадников кружили вокруг нее, недовольно шипя на высокое рыжее пламя, отрезавшее их от добычи. Один из них на пробу ткнул копьем огненную стену и тут же отпрянул, рыча от боли. Однако Эльза успела заметить, что пламя на миг потускнело и немного опало.
У самой новоявленной колдуньи тоже хватало забот. Призрачные воины окружили ее, и из строя вперед выступил их предводитель. Теперь Сова смогла отчетливо рассмотреть его и с удивлением узнала в нем тевтонского рыцаря века эдак пятнадцатого. Каким образом попал он в ряды воинов-призраков и стал частью проклятья языческих земель? Эльза не знала, но облик рыцаря излучал столь всеобъемлющее величие, что она сочла за нужное учтиво поклониться.
Крестоносец заговорил. Его голос, в противовес жутковатой внешности, был спокойным, звучным и даже напевным:
– Мы явились на твой зов, призвавшая. Ты готова отправляться в путь?
– Что? – моргнув от неожиданности, удивилась Рама.
– Каждый, кто призвал Дикую Охоту, становится одним из ее всадников. Таковы правила и условия нашей помощи. Идем с нами, призвавшая. На этой земле тебе больше делать нечего.
Сова отшатнулась, осознав смысл его слов.

Тевтонец подал коня вперед, протянул руку в треснувшей латной перчатке. Эльза заворожено смотрела на нее. Предложение призрака было ужасным, но… Она поняла, что почти готова согласиться.
В силу избранной профессии и, признаемся честно, отвратительного характера Fw-189 всегда была одна. У нее не было даже друзей, что уж говорить о любимом мужчине. Но тем не менее она была девушкой, пусть и необычной. И как каждая девушка, Сова мечтала о рыцаре. Что с того, что конь не белый, а вороной, да и сам рыцарь не благородный герой, а хищный призрак? Неужели одиночество лучше, бешеной и безумной скачки по небу в погоне за чужими жизнями? В воинстве Дикой Охоты она хотя бы не будет одна.
– Нет! – срывающийся на фальцет голос У-2 ворвался в уши Фокке-Вульфа. – Не смей! Не поддавайся! Это все неправда, морок!
Ледяные цепи наваждения спали, Рама затрясла головой, выбрасывая из нее остатки видений. У нее есть долг, есть боевые товарищи, есть страна, которой нужна победа!
– Проклятье! – взревел Тевтонец и по кресту на его котте пробежали багровые вспышки. – Уймите эту дрянь, наконец!
Всадники окружили огненное кольцо защищающее Алену, затянули гнусавыми голосами непонятную жуткую песню. Призрачные копья поднялись и ударили в завесу огня. И еще раз. И еще. Пламя заметалось, словно объятый паникой зверь.
– Ты пойдешь со мной, девчонка, – прогудел рыцарь, наседая конем на Эльзу. – От судьбы не уйдешь. Ты моя.
Тихий, но отчетливый крик прилетел откуда-то с юга. Тевтонец и его всадники взвыли дурными голосами, в которых смешались ярость и злоба, отчаяние и досада, но следом за криком пришел ветер. Легкий ветерок, что едва-едва трепал волосы, рвал в клочья призрачную плоть Дикой Охоты и уносил ее прочь, на север. Вскоре поляна опустела. Где-то далеко отсюда петух пропел в третий раз.
Эльза и Алена повалились на землю прямо там, где стояли. Дыхание перехватывало, из носа от перенапряжения пошла кровь. Лишь спустя несколько минут обе девушки сумели подняться на ноги. И обомлели.
Поляна была мертва. Магия ушла, и снег укрывший место схватки стал стремительно таять, превращая в грязь потрескавшуюся и лишенную травы землю. Озеро пересохло, от леса остались только трухлявые щепки.
– Петух… – прохрипела Рама. – Время нечисти закончилось…
У-2 кивнула. Устало присела на корточки рядом с телом мертвого медведя, ласково погладила его по мохнатой голове.
– Ты спасла меня, – вновь заговорила Эльза. – Зачем?
– Я спасала и себя тоже, – не поднимая взгляда, ответила русская. – Заполучив тебя, Дикая Охота окончательно вырвалась бы из-под твоей власти, которая ограничивала их силу.
– Он сказал… Это правда?
– Что именно?
– Что от судьбы не уйдешь.
Алена окинула немку долгим взглядом.
– Да, он сказал правду.
Рама тихонько вздохнула.
– …но только тебе решать хочешь ли ты такой судьбы.
В зеленых глазах плясали чертики. Сова криво усмехнулась в ответ.
– Значит, до встречи, русская?
– До встречи, фашистка. Только…
– Да. На этот раз никакого колдовства.